A row between Pasternak and Yesenin

yesenin 2RUSpasternak

The poet Ryurik Ivnev describes a spat between two of the titans of twentieth century Russian literature. It happened at the Domino cafe in Petrograd in 1921. “Pasternak”, of course, means “parsnip”.


I don’t know what caused the clash, or rather, what occasioned it, because I entered the cafe at the moment when it was at its height.

Both poets were excited, but comported themselves correctly, apparently not wishing to fan the flames – but the flames still flared, as if against their will.

I especially remember the sight of Yesenin’s figure and his scowling face, and Pasternak’s angrily flashing eyes and his seemingly unwonted agitation, apparently the consequence of his aversion to any kind of conflict, especially in public. I felt he really wanted to abandon it all and leave the playground in which he had found himself by chance, and not by choice.

Seeing it all, I was dumbstruck.

The first phrase I heard was spoken by Yesenin, who was looking sombrely at Pasternak:

“Your poems are tongue-tied. No one understands them. The people will never recognise them!”

With exaggerated politeness, edged with sarcasm, Pasternak replied:

“If you were a little more educated, you’d know of the dangers of playing with the word ‘people’. There used to be a writer called Kukolnik, of whom, perhaps, you’ve never heard. He too thought he was a celebrity, that he was recognised by the people. And what happened to him?”

“Don’t worry,” Yesenin retorted. “I know as much as you do about Kukolnik. But I also know that our descendants will say, ‘Pasternak? A poet? We don’t know about him, but we do like parsnips.'”

An audience began to gather around Yesenin and Pasternak.


Причину столкновения, вернее, повод, из–за которого оно произошло, я не знаю, так как вошел в кафе в момент, когда ссора была в разгаре.

Оба поэта были возбуждены, но держались корректно, по всей видимости не желая «раздувать пожара», но «пожар» все же разгорелся как бы помимо их воли.

Зрительно я очень хорошо помню и фигуру Есенина и его насупившееся лицо, гневно сверкающие глаза Пастернака и какую–то необычную для него растерянность, явно вызванную отвращением ко всяким столкновениям, да еще вдобавок публичным. Чувствовалось, что ему очень хочется махнуть рукой на все и уйти со «спортивной площадки», на которой оказался случайно и не по своей воле.

Увидев эту сцену, я так растерялся, что не мог произнести ни слова.

Первую фразу, которую я услышал, сказал Есенин, хмуро смотря на Пастернака:

— Ваши стихи косноязычны. Их никто не понимает. Народ вас не признает никогда!

Пастернак с утрированной вежливостью, оттеняющей язвительность, ответил:

— Если бы вы были немного более образованны, то вы знали бы о том, как опасно играть со словом «народ». Был такой писатель Кукольник, о котором вы, может быть, и не слышали. Ему тоже казалось, что он — знаменитость, признанная народом. И что же оказалось?

— Не волнуйтесь, — ответил Есенин. — О Кукольнике я знаю не меньше, чем вы. Но я знаю также и то, что наши потомки будут говорить: «Пастернак? Поэт? Не знаем, а вот траву пастернак знаем и очень любим».

Вокруг Есенина и Пастернака стала собираться публика.

Sourced from https://www.facebook.com/www.bessmertnov.fe/

Translation by Rupert Moreton

One thought on “A row between Pasternak and Yesenin

Leave a Reply

Fill in your details below or click an icon to log in:

WordPress.com Logo

You are commenting using your WordPress.com account. Log Out /  Change )

Google+ photo

You are commenting using your Google+ account. Log Out /  Change )

Twitter picture

You are commenting using your Twitter account. Log Out /  Change )

Facebook photo

You are commenting using your Facebook account. Log Out /  Change )


Connecting to %s